В конце 1854 года 49-летняя Мэри Сикол приехала в Лондон, чтобы отправиться оттуда на Крымскую войну и ухаживать за британскими солдатами. За плечами у нее уже были годы опыта работы с больными и даже несколько пережитых эпидемий. Тем не менее, места для Сикол в Лондоне не нашлось ни в военных ведомствах, ни среди женщин, которых набирали для ухода за ранеными. Тогда она решила добраться до Крыма за собственный счет, а уже через несколько месяцев жила неподалеку от осажденного Севастополя, выезжала к раненым во время сражений и управляла British Hotel - заведением для британских военных, расположенном практически на линии фронта.
Почему Мэри Сикол решила ехать на войну
Сикол родилась на Ямайке в 1805 году. Ее отец был шотландским военным, а мать содержала в Кингстоне пансион Blundell Hall и одновременно занималась лечением больных. Среди ее постояльцев и пациентов было немало британских военных и членов их семей. Мэри с детства помогала матери и видела, как можно совмещать, казалось бы, несовместимые вещи в одном доме: одновременно вести хозяйство, принимать гостей, готовить для них и ухаживать за заболевшими.
Так к началу 1850-х годов у Мэри уже скопился значительный практический опыт. Во время эпидемий холеры на Ямайке и в Панаме она ухаживала за зараженными, а в 1853 году работала с больными желтой лихорадкой. Ее медицинские представления во многом соответствовали практике XIX века: среди средств, которые она использовала, встречались препараты, позднее признанные опасными. Зато Сикол была хорошо знакома с болезнями, которыми часто страдали британские военные в тропиках, и также имела много полезных знакомств с солдатами еще до Крымской войны.
Крымская война началась в 1853 году с конфликта Российской и Османской империй. В следующем году на стороне Османской империи в войну вступили Великобритания и Франция, позднее к ним присоединилось Сардинское королевство. Осенью 1854 года союзные войска высадились в Крыму и начали осаду Севастополя - главной базы российского Черноморского флота.
Британская армия столкнулась с тяжелыми потерями и, как результат, массовыми заболеваниями, и сообщения об этом регулярно фигурировали в английской прессе. Сикол следила за происходящим еще и потому, что среди отправленных в Крым частей были полки, с которыми она познакомилась на Ямайке. Позднее Сикол вспоминала, что часами рассматривала карту и Крым, отмеченный для нее красным крестиком. Когда стало известно, что знакомые ей военные отправились к Севастополю, Сикол решила отправиться следом.
В конце 1854 года Сикол приехала в Лондон и начала искать возможность попасть на войну официально. Сначала она обратилась в War Office, затем пыталась добиться помощи через другие военные и медицинские учреждения. Когда стало известно о наборе женщин для работы с ранеными, Сикол предложила свои услуги, но получила ответ, что необходимое число медсестер уже набрано. Повторная попытка закончилась тем же.
Последней надеждой стал Crimean Fund, собиравший средства для помощи британской армии. Сикол попросила оплатить ей дорогу до Крыма, рассчитывая уже на месте найти работу, но снова получила отказ. Позднее она довольно подробно описала этот день в своих мемуарах. Так, выйдя после очередного разговора на лондонскую улицу, Сикол расплакалась и впервые задумалась, не мог ли цвет ее кожи повлиять на отношение к ней.
На следующее утро Сикол решил, что достигнет своей цели любой ценой. и если попасть в Крым через государственные учреждения не получилось, то что же… Тогда она оплатит поездку самостоятельно.
Вместе с Томасом Дэем, родственником ее покойного мужа и будущим деловым партнером, Сикол придумала открыть в Крыму собственное заведение для британских военных. Еще находясь в Англии, она напечатала объявления о будущем British Hotel, где обещала организовать стол и место для отдыха больных и выздоравливающих офицеров. В январе 1855 года Сикол отправилась в дорогу.
Из Лондона в Крым
Путь в Крым проходил через Средиземное море и Константинополь. Мэри плыла на судне, которое перевозило в Крым скот и военных служащих. Уже при подходе к Балаклаве пассажиры могли видеть вдали дым со стороны Севастополя. Сам порт оказался переполнен, поэтому часть привезенных Сикол товаров пришлось просто сложить у воды и накрыть брезентом.
Первые шесть недель она ночевала на корабле, а дни проводила на берегу. Почти сразу Сикол начала помогать возле пристани, куда доставляли больных и раненых перед отправкой в госпитали Скутари: оправляла повязки, приносила солдатам еду и старалась облегчить их состояние перед несколькими днями пути по морю.
Параллельно Сикол и Дэй искали место для будущего British Hotel. Участок нашелся на Спринг-Хилл, примерно в двух милях от Балаклавы, на дороге, соединявшей порт с британскими позициями. Место было удобным: мимо постоянно проходили солдаты и офицеры, а до линии боевых действий оставалось сравнительно недалеко. Строительных материалов в Крыму не хватало, поэтому для здания использовали доски, листы железа и все, что удавалось достать на месте. По подсчетам самой Сикол, строительство и обустройство British Hotel обошлось примерно в 800 фунтов. Работы растянулись на несколько месяцев, причем полностью закончить British Hotel так и не удалось: по воспоминаниям Сикол, даже к моменту ее отъезда у здания не было всех ставней.
Что представлял собой British Hotel
Несмотря на название, обычной гостиницей British Hotel практически не был. Сикол и Дэй продавали там еду, напитки, одежду и другие вещи, которых часто не хватало в военном лагере, готовили обеды и принимали офицеров. Торговля давала им возможность содержать заведение и одновременно позволяла Сикол оставаться рядом с армией и заниматься больными.
Со временем медицинская помощь стала такой же привычной частью ее дня, как работа магазина и кухни. Многие солдаты старались не обращаться в военный госпиталь при сравнительно легком недомогании и приходили на Спринг-Хилл к Сикол. Она принимала людей с лихорадкой, желтухой и расстройствами желудка, давала им лекарства и еду. Среди ее пациентов было немало работников транспортных и строительных подразделений.
Постепенно British Hotel стал хорошо известен во всем британском лагере. Сюда приходили пообедать, купить припасы, узнать новости или попросить Сикол о помощи. Солдаты и офицеры начали называть ее Mother Seacole - «мать Сикол», и это обращение закрепилось за ней еще во время войны. Но работой на Спринг-Хилл ее помощь не ограничивалась: когда начинались крупные сражения, Сикол брала с собой лекарства, бинты и еду и отправлялась ближе к позициям.
Война закончилась, а Сикол осталась с долгами
В марте 1856 года Россия и союзники подписали Парижский мирный договор. Британские части начали постепенно покидать Крым, и для Сикол с Дэем окончание войны означало еще и потерю почти всех покупателей.
На складах оставались продукты, напитки и другие товары, закупленные в расчете на тысячи военных. Вывезти все это в Англию было слишком сложно и дорого, а продать на месте становилось практически некому. British Hotel начали разбирать, часть имущества пришлось бросить, лошадей и запасы продавали за небольшую долю их прежней стоимости.
В своих мемуарах Сикол приводит несколько примеров таких распродаж. Сыр, который они покупали по десять пенсов за фунт, теперь приходилось отдавать дешевле пенни. За вино, стоившее им 48 шиллингов за дюжину бутылок, покупатели предлагали четыре. В какой-то момент Сикол настолько разозлилась из-за очередной предложенной цены, что схватила молоток и начала разбивать ящики с вином, пока стоявшие рядом люди пытались собрать выливавшийся напиток.
Сикол и Дэй оставались в Крыму почти до окончательного ухода британской армии. Перед отъездом она еще раз поднялась на Кэткартс-Хилл, откуда были видны опустевшие позиции и Севастополь, после чего отправилась обратно в Англию.
Домой Сикол вернулась с серьезными долгами. Все деньги, вложенные в предприятие, вернуть не удалось, а попытки поправить финансовое положение уже в Лондоне не помогли. Вскоре партнерство Сикол и Дэя пришлось закрыть, а сама она фактически оказалась на грани банкротства. Однако о ее положении узнали бывшие военные, которым Сикол помогала в Крыму. Некоторые начали писать о Сикол в газетах, другие помогали собирать деньги. Летом 1857 года в Royal Surrey Gardens устроили большой благотворительный фестиваль в ее пользу. Он продолжался четыре вечера и привлек десятки тысяч посетителей, а в том же году вышла автобиография Сикол "Wonderful Adventures of Mrs. Seacole in Many Lands", которая по сей день вдохновляет женщин по всему миру. Ведь когда есть четкая цель, обязательно найдется все остальное - главное не опускать руки.
