Мурасаки Сикибу - японская писательница и придворная дама, жившая на рубеже X-XI веков. В историю она вошла как автор «Повести о Гэндзи» - произведения, которое часто называют первым романом в мировой литературе. В 54 главах Мурасаки описала несколько десятилетий жизни вымышленного императорского двора: любовь, ревность, браки, политические интриги, старение и смерть.
При этом Мурасаки Сикибу - вовсе не имя писательницы, а прозвище. «Мурасаки», вероятно, закрепилось за ней в честь одной из ключевых героинь романа, а «Сикибу» было связано с государственной должностью ее отца. Настоящее женщины, чью книгу еще при ее жизни переписывали от руки, передавали другим и читали самому императору, история не сохранила.
Язык мужской учености
Мурасаки родилась примерно в 970-х годах, в эпоху Хэйан - период японской истории, когда императорский двор находился в Хэйан-кё, нынешнем Киото. При дворе сосредоточивалась жизнь аристократии: влиятельные семьи боролись за положение рядом с императором, заключали выгодные браки, устраивали церемонии и писали стихи.
Мурасаки происходила из рода Фудзивара - одного из самых влиятельных аристократических кланов того времени, хотя ее семья принадлежала к менее могущественной его ветви. Отец писательницы, Фудзивара-но Тамэтоки, был чиновником, поэтом и знатоком китайской литературы.
Классический китайский в Японии использовали для официальных документов, исторических хроник и ученых сочинений. Его знание считалось важной частью образования мужчины-аристократа, которому предстояла государственная служба. Женщины чаще писали по-японски с помощью каны - фонетической системы письма, на которой создавали письма, дневники, стихи и прозу. Именно поэтому Мурасаки китайскому не учили. Но когда отец занимался с ее братом, девочка слушала уроки и, по собственным воспоминаниям, нередко усваивала материал быстрее. Отец даже сокрушался, что такой способной родилась именно дочь: будь Мурасаки мальчиком, ее острый ум принес бы неслыханную пользу государству!
Очень скоро она поняла и другое: женщине лучше не показывать свою ученость слишком открыто. Позже Мурасаки вспоминала в дневнике, что при посторонних старалась делать вид, будто почти не знает китайского, и избегала писать даже простые иероглифы. Образованную женщину легко могли счесть заносчивой или нескромной.
Но Мурасаки все равно взялась за письмо.
Главным героем ее романа стал Гэндзи - сын императора, лишенный по политическим причинам статуса принца и права на престол. Через его любовные связи, браки, придворные успехи и потери Мурасаки создала подробный мир японской аристократии. Герои взрослели и старели, отношения разрушались, одни поколения сменяли другие. Это была художественная история, а не тайная автобиография Мурасаки, но материал писательница, несомненно, черпала из реального мира, с которым была так хорошо знакома сама: придворные церемонии, брачная политика, соперничества между семьями и положения женщин при дворе.
Книги тогда переписывали от руки. Новые главы сначала читали друзья Мурасаки, а затем делали копии и передавали дальше. Постепенно история Гэндзи стала известна при императорском дворе - настолько, что около 1005-1006 года Мурасаки пригласили в свиту императрицы Сёси, супруги императора Итидзё. Вероятно, известность романа сыграла в этом не последнюю роль.
«Госпожа Летописец»
При дворе Мурасаки продолжала писать. Теперь вокруг нее ежедневно происходило то, что раньше она могла наблюдать только со стороны: борьба влиятельных семей за положение, придворные романы, церемонии, рождения наследников и соперничество между женщинами из окружения императрицы.
К 1008 году «Повесть о Гэндзи» уже знали настолько хорошо, что придворные шутили о ее персонажах. Один из аристократов однажды подошел к женщинам из свиты и спросил, нет ли среди них «молодой Мурасаки» - героини романа. Возможно, именно так имя персонажа закрепилось за самой писательницей.
Когда «Повесть о Гэндзи» читали императору Итидзё, тот заметил, что ее автор должна прекрасно разбираться в старых японских хрониках, написанных на классическом китайском. То есть знания, которые Мурасаки годами старалась не выставлять напоказ, выдала ее собственная книга. После этого одна из придворных женщин стала насмешливо называть ее «госпожой Летописцем» - намекая на ученость, которую в женщине считали почти неуместной. Несмотря на это, Мурасаки тайно обучала китайской литературе даже саму императрицу Сёси.
Когда именно Мурасаки закончила «Повесть о Гэндзи», неизвестно. Но уже при ее жизни роман читали при императорском дворе, а позднее его веками перепечатывали, иллюстрировали и комментировали. Мурасаки всю жизнь старалась не выделяться и даже не показывать, что знает язык ученых мужчин, но в итоге именно ее книга так полюбилась японскому императорскому двору - и пережила его на тысячу лет.
